Кравц В полной темноте

Умру я скоро. Жалкое наследство,
О родина! оставлю я тебе.
Под гнетом роковым провел я детство
И молодость — в мучительной борьбе.
Недолгая нас буря укрепляет,
Хоть ею мы мгновенно смущены,
Но долгая — навеки поселяет
В душе привычки робкой тишины.
На мне года гнетущих впечатлений
Оставили неизгладимый след.
Как мало знал свободных вдохновений,
О родина! печальный твой поэт!
Каких преград не встретил мимоходом
С своей угрюмой музой на пути?..
За каплю крови, общую с народом,
И малый труд в заслугу мне сочти!

Не торговал я лирой, но, бывало,
Когда грозил неумолимый рок,
У лиры звук неверный исторгала
Моя рука.. Давно я одинок;
Вначале шел я с дружною семьею,
Но где они, друзья мои, теперь?
Одни давно рассталися со мною,
Перед другими сам я запер дверь;
Те жребием постигнуты жестоким,
А те прешли уже земной предел…
За то, что я остался одиноким,
Что я ни в ком опоры не имел,
Что я, друзей теряя с каждым годом,
Встречал врагов всё больше на пути —
За каплю крови, общую с народом,
Прости меня, о родина! прости!

Я призван был воспеть твои страданья,
Терпеньем изумляющий народ!
И бросить хоть единый луч сознанья
На путь, которым бог тебя ведет,
Но, жизнь любя, к ее минутным благам
Прикованный привычкой и средой,
Я к цели шел колеблющимся шагом,
Я для нее не жертвовал собой,
И песнь моя бесследно пролетела,
И до народа не дошла она,
Одна любовь сказаться в ней успела
К тебе, моя родная сторона!
За то, что я, черствея с каждым годом,
Ее умел в душе моей спасти,
За каплю крови, общую с народом,
Мои вины, о родина! прости!..

Нат Пинкертон — вот с детства мой кумир,
Сравниться с ним теперь никто не может,
Но он имел такой преступный мир,
Что плохо спится мне и зависть гложет.

Аппарат и намётанный глаз —
И работа идёт эффективно.
Только — я столько знаю про вас,
Что подчас мне бывает противно.

Не скрыться вам, ведь от меня секретов нет.
Мой метод прост: брать всех под подозренье.
Любой преступник оставляет след
И возвращается на место преступленья.

Аппарат и намётанный глаз —
И работа идёт эффективно.
Только — я столько знаю про вас,
Что подчас мне бывает противно.

У детективов хмурый вид и мрачный нрав:
Характер наш достоин укоризны —
Имеем дело с попираньем прав
И только с тёмной стороною нашей жизни.

Аппарат и намётанный глаз —
И работа идёт эффективно.
Только — я столько знаю про вас,
Что подчас мне бывает противно.

Другие люди, сдав все горести на слом,
Гуляют всласть по Ноябрю и Маю;
Я ж не сижу за праздничным столом —
Хожу кругом и в окна наблюдаю.

Аппарат и намётанный глаз —
И работа идёт эффективно.
Только — я столько знаю про вас,
Что подчас мне бывает противно.

«Мир — как театр», — так говорил Шекспир.
Я вижу лишь характерные роли:
Тот — негодяй, тот — жулик, тот — вампир, —
И всё… как Пушкин говорил: «…чего же боле?»

Аппарат и намётанный глаз —
И работа идёт эффективно.
Только — я столько знаю про вас,
Что подчас мне бывает противно.

Но имя есть (я повторяю, как пароль:
Не верь, что детективы нелюдимы) —
Она играет голубую роль,
Мне голубая роль — необходима.

Аппарат и намётанный глаз —
И работа идёт эффективно.
Только — я столько знаю про вас,
Что подчас мне бывает противно.