Ellie Goulding Black Gold

На краю края земли, где небо ясное
Как бы вроде даже сходит за кордон,
На горе стояло здание ужасное,
Издаля напоминавшее ООН.

Всё сверкает как зарница —
Красота! Но только вот
В этом здании царица
В заточении живёт.

И Кащей Бессмертный грубую животную
Это здание поставил охранять,
Но по-своему несчастное и кроткое,
Может, было то животное — как знать!

От большой тоски по маме
Вечно чудище в слезах —
Хоть оно с семью главами,
О пятнадцати глазах.

Сам Кащей (он мог бы раньше — врукопашную)
От любви к царице высох и увял —
И cтал по-своему несчастным старикашкою.
Ну а зверь его к царице не пускал.

«Пропусти меня, чего там.
Я ж от страсти трепещу!..» —
«Хоть снимай меня с работы —
Ни за что не пропущу!»

Добрый молодец Иван решил попасть туда:
Мол видали мы кащеев, так-растак!
Он всё время: где чего — так сразу шасть туда,
Он по-своему несчастный был — дурак!

То ли выпь захохотала,
То ли филин заикал…
На душе тоскливо стало
У Ивана-дурака.

Началися его подвиги напрасные,
С баб-ягами никчемушная борьба…
Тоже ведь она по-своему несчастная,
Эта самая лесная голытьба.

Скольких ведьмочков пришибнул!
Двух молоденьких, в соку,
Как увидел утром — всхлипнул:
Жалко стало, дураку!

Но, однако же, приблизился, дремотное
Состоянье превозмог своё Иван, —
В уголку лежало бедное животное,
Все главы свои склонившее в фонтан.

Тут Иван к нему сигает,
Рубит голову спеша
И к Кащею подступает,
Кладенцом своим маша.

И грозит он старику двухтыщелетнему:
«Щас, — говорит, — бороду-то мигом обстригу!
Так умри ты, сгинь, Кащей!» А тот в ответ ему:
«Я бы — рад, но я бессмертный — не могу!»

Но Иван себя не помнит:
«Ах ты, гнусный фабрикант!
Вон настроил сколько комнат!
Девку спрятал, интриган!

Я закончу дело, взявши обязательство!..»
И от этих-то неслыханных речей
Умер сам Кащей, без всякого вмешательства, —
Он неграмотный, отсталый был Кащей.

А Иван, от гнева красный,
Пнул Кащея, плюнул в пол —
И к по-своему несчастной
Бедной узнице взошёл!..

Сверкают ярко новогодние шары,
Висят подарки на колючих длинных ветках,
И шумный лепет любопытной детворы
Дом наполняет новой радостью и светом.
И в хороводе где-то русая коса
Мелькает между карнавальных ярких масок —
То завороженной Снегурочки краса
Манит в страну волшебных грез и чудных сказок.
Порою кажется, что – руку протяни –
И волшебства ты ощутишь прикосновенье.
Сверкайте ярче, карнавальные огни!
Пляши, Снегурочка! Неси нам обновленье!